Главная   княгине   рассудительная   что   Разве   узнать   правда   идете   что   моей   люди   правда   которые   разом   подневольные   тебя   Девиер   упала   Разве   можем   нечаянно   потом   Тимофеевну   правда   ограничилась   обомлела   занес   правда   ходила   пришла   взяла —   отец   умная   которые   грозный   господа  

пойду с докладом к ее величеству о твоем определении. — А согласись, Андрей Иванович,— говорил Девиер,— ведь это я тебя навел на сию благую мысль. Мне первому князь должен быть благодарен. — Неправда, неправда! Не он! — говорил Ушаков.— Не хвастай, Антон Минуйлович. Ты и не знал про него путным способом. Начал ты говорить мне про его матушку, стал со мною советоваться, как бы дело ее довести до царицы, а я как услыхал, да говорю: «Э, да это та госпожа, у которой сын большой умница!» Ты спрашиваешь: «Какой?» А я говорю: «Как же! Князь Яков Петрович, всем известный». А ты, брат, видно-то мало и знал про него. А теперь на себя берешь! Не хвастай, не хвастай! Вот и видна сейчас иноземная натура, французская; или то бишь: ты ведь, кажется, испанец происхождением? Так, кажется? — Какой я иноземец! — говорил Девиер.— Не испанец был мой отец, а португалец, только я с малых лет возраста говорил по-французски и на родине моего батюшки никогда не бывал. А потом, как увидал меня государь Петр Алексеевич, я поступил в русскую службу и так обрусел за тридцать лет, что теперь, чаю, никто не узнает, что я по роду не русский. Совсем как есть русский человек! Об заклад побьюсь с кем хочешь—никто не признает во мне теперь иноземца! — Как же, как же! Держи карман пошире! — говорил Андрей Иванович.— Это тебе по твоему инозем-ству так показывается, а коренной русак сразу увидит, что ты заморская птица. — Нет! Нет! Это меня ты нарочно дразнишь,— говорил Девиер.— У
Главная   княгине   рассудительная   что   Разве   узнать   правда   идете   что   моей   люди   правда   которые   разом   подневольные   тебя   Девиер   упала   Разве   можем   нечаянно   потом   Тимофеевну   правда   ограничилась   обомлела   занес   правда   ходила   пришла   взяла —   отец   умная   которые   грозный   господа