Главная   княгине   рассудительная   что   Разве   узнать   правда   идете   что   моей   люди   правда   которые   разом   подневольные   тебя   Девиер   упала   Разве   можем   нечаянно   потом   Тимофеевну   правда   ограничилась   обомлела   занес   правда   ходила   пришла   взяла —   отец   умная   которые   грозный   господа  

второпях не разобрала, о чем изволите спрашивать, ваше сиятельство,— сказала Мавра Тимофеевна. — Когда ты в другой раз ходила к калмычке, что приказывала твоя боярыня сказать ей? — спрашивал Девиер. — Велела сказать калмычке, чтоб та пришла к ней,— отвечала Мавра Тимофеевна. — А больше ничего? — спрашивал Девиер. — Больше ничего, ваше сиятельство,— отвечала Мавра Тимофеевна. — Не говорила разве тебе княгиня, чтоб калмычка принесла ей обещанный корешок? — был дан вопрос. Мавру Тимофеевну словно кипятком облило. «Он все знает!» — подумала она в страхе и, совершенно смешавшись, говорила: — Я не знаю, ваше сиятельство, мы люди простые, подневольные, почем нам знать... Может быть, и корешок... я не знаю, ваше сиятельство. — Я тебя спрашиваю,— продолжал генерал-полицеймейстер,— говорила твоя боярыня, чтоб ты сказала калмычке, чтоб она принесла к ней обещанный корешок? Я знаю, что ты женщина подневольная и могла не знать, зачем боярыне твоей нужен корешок, а ты скажи мне только: приказывала тебе княгиня потребовать от калмычки какой-то корешок? — Я не знаю корешка и не видала,— отвечала Мавра Тимофеевна. — Верю, верю, матушка, что ты не видала и не знаешь, что это был за корешок,— сказал Девиер.— Да я тебя не о том спрашиваю: видала ли ты его или знаешь что про него; а я тебя спрашиваю: посылала ли тебя княгиня к калмычке за каким-то корешком? — Нет, ваше сиятельство, я ходила за сорочкой,— говорила запинаясь Мавра Тимофеевна. И опять стала рассказывать
Главная   княгине   рассудительная   что   Разве   узнать   правда   идете   что   моей   люди   правда   которые   разом   подневольные   тебя   Девиер   упала   Разве   можем   нечаянно   потом   Тимофеевну   правда   ограничилась   обомлела   занес   правда   ходила   пришла   взяла —   отец   умная   которые   грозный   господа