Главная   княгине   рассудительная   что   Разве   узнать   правда   идете   что   моей   люди   правда   которые   разом   подневольные   тебя   Девиер   упала   Разве   можем   нечаянно   потом   Тимофеевну   правда   ограничилась   обомлела   занес   правда   ходила   пришла   взяла —   отец   умная   которые   грозный   господа  

верил, что с ним сидят его вернейшие друзья, говорят с ним искренно и бояться их нечего.— И о том,— продолжал он,— часто матушка говорила, как бы денег достать от государыни. — А с кем она толковала об этом? — спросил Ушаков. — Да почти со всяким, кто к нам приедет,— отвечал князь Яков Петрович. — И надеялась более всего на калмычку, что живет в Татарской слободе,— подхватил Девиер. — Это какая же? — говорил князь Яков.—Уж не та ли, что к ней носил мою сорочку мой холоп Васька? — Именно, именно! — говорил с живостью Девиер.— Та самая. После того, как сорочку вашу отыскивали, княгиня, ваша матушка, призывала ее опять к себе и просила у ней приворотного корешка на царицу, так везде рассказывают. — Матушка точно говорила,— сказал, глупо улыбаясь, князь Яков,— у этой калмычки есть-де корешок такой, как бы им только дотронуться до государыни, так всякие милости можно бы было от государыни получить и денег много достать. Говорила маменька, обещала-де калмычка достать такой корешок, затребовала за него десять золотых венгерских; матушка деньги послала, калмычка от нее деньги взяла, а корешка, шельма, не принесла — побоялась. Это матушка рассказывала сама нам. — Вы, князь Яков Петрович,— сказал Девиер, лукаво улыбаясь,— редкого ума человек, хоть и молоды, Я позволю себе вам пророчить в будущем высокое положение. Не правда ли, Андрей Иванович? — А я разве того тебе не говорил сам прежде? — сказал Андрей Иванович.— Выпьемте еще, господа, по стакану вина. Вот
Главная   княгине   рассудительная   что   Разве   узнать   правда   идете   что   моей   люди   правда   которые   разом   подневольные   тебя   Девиер   упала   Разве   можем   нечаянно   потом   Тимофеевну   правда   ограничилась   обомлела   занес   правда   ходила   пришла   взяла —   отец   умная   которые   грозный   господа